Перевести страницу

О компании


Всё началось в 2000 году.


Я был тогда ещё совсем зелёным.
В те времена практически каждая столярка имела в своём арсенале сушильную камеру.


Тогда никто не считал, какие затраты несла их компания на сушку пиломатериала. Была абсолютная уверенность – если сушишь лес сам, то это однозначно дешевле, чем покупать уже сухой.


Действительно. Электроэнергия была в то время дешёвой. Контроль со стороны инспекторов «Энергосбыта» был формальным. 
И многие просто цепляли сушильные камеры в обход счётчика. 


Такие затраты, как загрузка и выгрузка пиломатериала в камеру, никто во внимание не брал. Она производилась силами столяров, которые без дела слонялись по цеху или играли в карты в курилках.


Функции «надзирателя» за процессом сушки брал на себя, в лучшем случае, технолог столярной мастерской. Но, как правило, им был самый сообразительный столяр или же сам владелец столярки.


Поэтому, себестоимость сушки стремилась к нулю. Сушить самому было действительно выгодно.


Был только один нюанс.


Качество сухого материала оставляло желать лучшего. Разная влажность доски по штабелю, растрескивание, загибание пропеллером. 


Это были первые ласточки того, что хозяева столярных мастерских начали считать реальные затраты при самостоятельной сушке. Ведь, некондиционный материал, вышедший из сушильной камеры – это прямые убытки.


Плюс ко всему, электричество с каждым годом стало всё дороже и дороже. Зарплату инспекторов надзорных органов поставили в прямую зависимость от количества составленных актов о неучтённом потреблении. И тут они начали лютовать без меры


Конечно, можно было договориться полюбовно. Но аппетиты слуг народа росли не по дням, а по часам. И вставал вопрос, что проще и дешевле – платить за электроэнергию честно, по счётчику, или давать откаты инспекторам, дабы они закрывали глаза на левые подключения?


В любом случае, это были уже затраты, которых не замечать было нельзя. Кроме того, столяров-бездельников стало держать не выгодно. А ценные специалисты за бесплатно загружать и выгружать сушильную камеру особо не горели желанием.


Тот владелец столярного производства, который всё это начал считать по-новому, понял, что в некоторых случаях ему проще, а порой и дешевле покупать сухую доску на стороне.


Мне было 23 года.


На тот момент я работал в столярке на Северном шоссе. Моего директора тоже не обошло стороной желание иметь свою сушильную камеру. Поручить это дело он решил мне. 


У меня было 2 варианта дальнейших действий.Первый – скопировать образец сушильной камеры у соседа-конкурента.


Настораживало только одно. Его цех находился прямо за забором. И поток нецензурной брани, который не услышал бы только глухой, в момент очередной разгрузки им сушилки, останавливал меня от этого шага. 


- Здесь что-то не то, - думал я.


Как-то разговорившись с его столярами в неформальной обстановке, я задал им давно волнующий меня вопрос:


- Мол, чего ваш шеф постоянно блажит у сушильной камеры?На что они мне тут же выпалили:
- Сушит он сам. И процесс сушки контролирует сам. А лес рвёт. Одна доска сухая – другая сырая. Камеру мастерил тоже сам. Конструкцию передрал у знакомого. Короче, и жнец, и чтец, и на дуде игрец – но виноваты во всём мы. Вот и выпускает весь пар на нас. А мог бы его на штабель спустить, - подвели итог столяра.


Это было для меня уроком.


И дабы не оказаться для уже своего шефа козлом отпущения, я выбрал второй вариант. В то время я его назвал: «Научный подход к процессу сушки».


Что я сделал?


В первую очередь, я стал искать хоть какую-то информацию, о том, как правильно сушить пиломатериал. 


Интернет тогда был труднодоступен. Можно было ненадолго зайти в интернет-кафе. Но тогда наполнение сети специализированной информацией было скудным.
Оставался книжный магазин «Техкнига» на пр. Мира и библиотеки. 


Так я начал постигать науку под названием «Сушка древесины». 


Перечитал кучу тематических книг. Изучил ГОСТы. Кстати, в этом мне особенно помогла библиотека ЦНТИ, что у краевой администрации.


Много общался с практиками сушки в других регионах. По крупицам собирал информацию и постигал секреты правильной сушки лесоматериалов.


Такой научный подход в скором времени привёл меня в Сибирский технологический институт. Тогда я окончательно понял, что технологии сушки не научишься у соседа за забором. Когда ты видишь, что в институте создана целая кафедра с десятком преподавателей с учёными степенями по этому вопросу, то понимаешь – технология сушки – это всё серьёзно


Это наука.


Вместе с заведующим кафедрой мы разработали проект сушильной камеры. Под их контролем изготовили камеру и установили на своём производстве.


Я прошёл полный курс «молодого бойца» под руководством человека, который знает о процессе сушки всё. Так я стал обладателем внушительного багажа теоретических знаний. 


Потом была практика, практика и ещё раз практика.


Конечно, и у меня случались ошибки. Но они были не столь критичны для моего руководства. И не приносили директору особых хлопот. Я уже не говорю о каких-то убытках. Их просто не было.  


Дальше всё развивалось гораздо стремительней.


Доску для себя мы сушили сами. Директор был доволен. Когда появлялись излишки материала, мы начали из продавать нашим коллегам по столярному ремеслу.


Первым покупателем стал наш сосед. Жизнь у него наладилась. Нецензурной брани из-за забора мы больше не слышали. Слухи о том, где можно купить хороший сухой пиломатериал, быстро распространились среди столярок. Наша сушильная камера работала без остановок. 


Пришлось строить ещё одну. Вскоре, продажа сухой доски стала приносить моему директору больше дохода, чем сама столярка. К тому же заказов на изготовление столярных изделий было всё меньше и меньше.


После такого поворота событий, я посчитал, что имею право подойти к директору и обсудить новые условия нашего дальнейшего с ним сотрудничества. Проще говоря, я попросился в долю.


К сожалению, взаимопонимания в этом вопросе я не нашёл. Мой руководитель рассуждал так: сушильные камеры построены, клиенты наработаны.

Зачем с кем-то делиться? 


Мне пришлось уйти.


Но всё, что не делается – оно, ведь, к лучшему.

Я пошёл в самостоятельное плавание.


Построил небольшую сушильную камеру на 10 кубов. Начал потихоньку сушить. Результат не заставил себя долго ждать. Появились постоянные клиенты. Многие пришли ко мне с моей прошлой работы. Они-то мне и сказали, что с моим уходом, качество доски стало не то. 


Уже лет через пять я узнал, что предприятие, на котором я начинал, полностью закрылось.

Самостоятельная работа, особенно в начале, дала мне много плюсов.


Я овладел профессией кочегара.


Разобрался во всех тонкостях топки твердотопливного котла.

Освоил ремесло сварщика. Сейчас могу сваривать несложные металлические конструкции.

Научился работать на погрузчике и управляться с «воровайкой». Сам могу окромить необрезную доску и наторцевать её в размер. 


Я узнал, какой именно пиломатериал нужен столярным мастерским и мебельным производствам. Могу посоветовать, как лучше кроить доску, чтобы и столярам было проще работать, и чтобы владелец столярки не переплачивал за абсолютно бессучковый материал. 


Ну и самое главное, я продолжал на практике оттачивать свой научный подход к сушке пиломатериалов. В скором времени я построил ещё одну камеру, а потом ещё одну.


И всё, вроде бы, было хорошо.


Только не давал мне покоя один момент.

Все мои камеры и весь мой бизнес строился на чужой земле. У меня даже договора аренды не было. Всё было на честном слове. 


Хозяин участка, сам находился на нём на птичьих правах. И сразу меня предупредил, что как только городу понадобится эта земля, а в этом ни у кого сомнений не было, то мне нужно будет искать новое место.


Поэтому, дальше расширяться на чужой земле было неразумно. Хотя потребность в расширении была.


Я не стал дожидаться, когда меня попросят освободить участок, и в конце 2015 года купил свой собственный. 


Сейчас на нём закончились пуско-наладочные работы на 2-х современных сушильных камерах. Время не стоит на месте. Технологии идут вперёд. И я вместе с ними. И мне это нравится. 


Новые камеры оборудованы по последнему слову техники. Полная автоматизация с компьютерным контролем за процессом сушки


Это, примерно, как в Боинге 777, когда пилот принимает участие только в момент взлёта и посадки. А всё остальное время работает автопилот.


Запуск нового сушильного комплекса состоялся в апреле 2016 года.


Надеюсь, что с вводом его в эксплуатацию, я смогу полностью закрыть потребность своих постоянных клиентов. Хотя, я так же думал, когда построил свою вторую камеру.


Действительно.
На сегодняшний день это проблема, когда звонит потенциальный клиент, который наслышан о моём подходе к сушке пиломатериала, а в ответ слышит, что в свободной продаже сухой доски нет.


Именно решением этой проблемы я и занят на сегодняшний день.
Вот, собственно, и всё, что я хотел рассказать вам в разделе «О компании». 



< Максим Шпак (директор с 19.09.2000 г. по 30.06.2018 г.) >



***


С апреля 2016 г. по июнь 2018 г. компания показала значительный рост. В связи с чем, нам пришлось вносить коррективы не только в производственный процесс, но и в структуру управления.


С 01 июля 2018 г. Максим полностью сосредоточился на управлении производством. В свою очередь, мне было поручено возглавить компанию в целом, с упором на построение добрых отношений с ключевыми клиентами красноярского региона и оптовыми покупателями, чей бизнес расположен далеко за пределами Красноярска.  



Игорь Страдымов директор Сухая Доска Сибири

Игорь Страдымов

директор компании

«Сухая Доска Сибири»



P.S. У столярных мастерских сейчас непростые времена. Поэтому, иногда, небольшие объёмы пиломатериала поступают в свободную продажу. 


Для того, чтобы вы были в первых рядах на вакантную сухую доску, 

позвоните: +7 (391) 282-41-14


Мы с вами заключим договор. И в будущем вы будете в числе первых, кто получит информацию о наличии сухой доски. А в особых случаях я буду держать для вас неприкасаемый резерв.


P.P.S. О том, как мы начали производить сухую доску на новой площадке, я рассказал и показал в своей заметке: "Первая закладка камеры в новом сушильном комплексе".